Происшествие в Стране-Где-Делают-Кошек (Глава 1)

детская белорусская проза, белорусская литература XXI века, русский язык, белорусская литература на русском

Сказочная повесть

Глава первая, в которой исчезает кот

В доме волшебника жил кот — роскошный, с угольно-черной шерстью и золотой искрой в глазах. Волшебник же был стар, волосы и борода его побелели, как снег на вершинах гор, а глаза у него были синие, как горные озера. Они с котом прекрасно подходили друг другу.

Однажды утром кот исчез. Его миска была огорчительно пуста, но он так и не вспрыгнул на рассвете на лавку, где спал его хозяин, чтобы потребовать еды. Потому и спал волшебник чуть ли не до полудня, а проснувшись сразу понял, что случилось непоправимое. Кот ведь был не простой, а чародейский, и в роскошном теле его, от усов до кончика хвоста, жила частичка души его хозяина. Такие коты просто так не исчезают, а если уходят, то по причинам слишком важным, следуя зову слишком могучему, чтобы когда-либо вернуться.

Исчезнув, кот кое-что оставил. Все время, пока он жил с волшебником, он забирал немного возраста у своего хозяина. По чуть-чуть, так, чтобы это не слишком бросалось в глаза: где денек утащит, где недельку... Поскольку жил он с волшебником уже очень долго, то все эти деньки и недельки сложились в целых десять лет. Они-то и стояли теперь у двери в большом полотняном мешке, ворочались в нем и брыкались: хотели поскорее выбраться наружу. Волшебник такому соседству рад не был, да делать нечего: пришлось развязать горловину. Тут же все десять лет на него и набросились: кто спину ему еще больше согнул, кто пригоршню морщин в лицо бросил, кто бороду и волосы проредил, кто к ногам и рукам прилип, чтобы двигаться сложнее было. Годы, они ведь чем дальше, тем тяжелее.

Заплакал тогда волшебник, огляделся по сторонам... И понял, что никому-то он теперь и не нужен: люди в волшебство уже почти не верили, редко кто приходил к нему за помощью и советом. Друзей не нажил, семьи волшебникам не положено... Только и было ему дело в жизни — на рассвете вставать да наливать в кошачью миску сметаны. А теперь и того не стало.

Засобирался тогда волшебник в дорогу: на востоке страны, где он жил, лежало бескрайнее море. Волшебники, ставшие ненужными, приходили к нему, садились на корабль и уплывали в рассвет, а что с ними было потом — никто не знал.

Так и наш волшебник. Снарядился в путь, но едва сделал шаг к двери, как та сама и открылась. Заведено так у чародеев: двери не запирать. Плохие люди войти побояться, а хорошим — милости просим.

Женщина, стоявшая на крыльце, была, должно быть, очень хорошей: смотрела на него совсем без страха, только с тревогой и грустью. А за руку держала мальчика лет семи. Тот грустным вообще не казался: вертелся, оглядывался по сторонам, пытался заглянуть внутрь дома... Может, слышал, что у волшебника кот живет, вот и любопытствовал. А может, просто ждал чудес. Дети их всегда и везде ждут и чаще всего дожидаются.

— Входи, коли пришла, — пригласил чародей.

Заварил чаю и приготовился слушать: зачем иначе приходить к чародею, если не поговорить?

— Сынишка мой... — зашептала женщина, кивая на мальчика. — Болен чем-то... Все про какую-то страну рассказывает... И по ночам пропадает. Только лежал в кровати — глядь — и нет его. А утром снова тут как тут.

— Так даже я не умею! — волшебник удивленно поглядел на мальчика, жующего овсяную лепешку. — Кто же зовет тебя по ночам?

Он знал, что дети, как и коты, просто так не исчезают, только по чьему-то зову.

— Кошачий король зовет! — мальчишка явно этим гордился.

— Кошачий король? — волшебник заинтересовался. Ни о каком Кошачьем короле он никогда не слыхал, а в волшебном мире было мало ему неизвестного. Возможно, он даже посчитал бы слова мальчика выдумкой, но сразу вспомнил о своем пропавшем коте и подумал, что все это неспроста. Нет ли здесь какой-то связи?..

— Зачем же ты Кошачьему королю понадобился?

— Вулкан почистить.

— Вулкан?!

— Ну да. Он засорился.

— И ты его чистишь?

— Нет... — тут мальчик погрустнел. — Он очень далеко. Каждую ночь я стараюсь до него добраться, но никогда не успеваю. И тогда приходится на следующую ночь начинать путь заново.

— А этот твой... Кошачий король... не может оставить тебя подольше, чтобы ты успел дойти до вулкана? — спросил волшебник.

— Вы что, нет, конечно! Мы с мамой вдвоем живем, я в доме самый главный помощник! — мальчишка приосанился, вздернул нос. — Некогда мне днем всякие там вулканы чистить! Я Кошачьему королю так прямо и сказал!

Волшебник не смог сдержать улыбки, представив, как этот мальчуган храбро диктует свои условия неведомому Кошачьему королю.

— А почему так важно, чтобы вулкан не засорялся? — задал он новый вопрос.

— Почему-почему! Вы такой старый, а не знаете? Когда вулкан чистый, из него поднимается густой дым. А из этого дыма в стране Кошачьего короля делают кошек.

— Из дыма вулкана делают кошек? — этого волшебник и впрямь не знал и чем дальше, тем больше удивлялся. Не может быть, чтобы мальчик сам придумал такую историю. А если бы и придумал, то куда-то же он все-таки по ночам исчезает! Чародей начал подозревать, что он знает о волшебном мире куда меньше, чем ему казалось.

— Его страна так и называется: Страна-Где-Делают-Кошек, — продолжал между тем юный рассказчик. — Из дыма вулкана получаются облака, Кошачий король их берет и делает из них кошек. Если облачко маленькое и легкое, то из него получается просто домашняя кошка. А большие и темные толстые тучи идут на создание всяких тигров, львов, рысей... И в каждую кошку Кошачий король вкладывает частичку грозы.

Мальчик говорил все более увлеченно. Было видно, что ему очень нравится живописать все встреченные им чудеса.

— Это как — частичку грозы? — снова удивился волшебник.

— Ну как-как... — кажется, мальчик уже считал его совершенно бестолковым. — Вы разве никогда не слышали, как кошка мурлычет? Это потому, что в нее внутри частичка грома. А как быстро она машет лапами, когда дерется или ловит мышь! Это от молнии. И острые когти — от нее же. Ка-ак даст!

Он слегка поежился. Видимо, не все кошки были с ним дружелюбны.

И снова волшебник задумался. Мир, над которым небо мурлыкало и махало лапами, как гигантская кошка, показался ему совершенно новым, совершенно другим миром...

— Сделайте что-нибудь, господин волшебник! — между тем взмолилась мама чистильщика вулкана. — Ведь не может же он каждую ночь так исчезать! Я так боюсь, что однажды он не вернется!

— Мам, ну как ты не понимаешь! — воскликнул мальчик, прежде чем волшебник успел ответить. — Он же все разрушит, этот вулкан! Дым продолжает скапливаться внутри него! Однажды этого дыма станет так много, что он разорвет вулкан изнутри и вырвется наружу! Ты представляешь, какое ужасное чудовище получится из такой громадной черной тучи?! Оно уничтожит страну Кошачьего короля, и у нас никогда больше не будет кошек! Времени все меньше — а ты!..

— Так чем я могу вам помочь? — вмешался волшебник, пока не разгорелась семейная ссора.

— Верните мне сына!

— Спасите вулкан!

— Ну, кажется одно невозможно без второго, — развел руками волшебник...

Они говорили еще долго, и за время этого разговора мальчик словно рос на глазах, а вот волшебник — молодел. Те десять лет, что оставил ему кот, словно соскочили с него и превратили мальчика в юношу: смелого, сильного, готового сражаться за то, что считал правильным. У волшебника же распрямлялась спина, расправлялись плечи, кучерявилась борода и густая грива седых волос...

— Мы должны отправиться туда, — подвел чародей итог беседы. — Но ты должен понимать, — он взглянул на сидящего напротив юношу, — наше путешествие может занять куда больше, чем одну ночь. Сам видишь, я не из тех, кто сможет сделать твой путь короче. Мои старые ноги уж и до рынка меня с трудом доносят, что уж говорить о далеком вулкане.

— Незачем тебе идти со мной! — воскликнул юноша. — В далеком путешествии ты и впрямь будешь только обузой! Теперь, когда я взрослый, я смогу идти гораздо быстрее и доберусь до вулкана за ночь. Почищу его и вернусь! А ты не стой у меня на пути!

Мать юноши возмущенно ахнула, ведь говорил он с волшебником дерзко и грубо. Но, похоже, годы, которые приклеились к нему, изменили его тело, а вот ума не добавили. Волшебник же не успел ничего сказать, потому что юноша вскочил и, довольный, выскочил за дверь. Даже за чай не поблагодарил.

Вернулся он на следующее же утро: грустный, пристыженный. Не поднимая глаз, замер на пороге дома волшебника, ожидая, пока хозяин его окликнет.

— Так что с вулканом-то? — спросил тот, помешивая в котелке ароматный овощной суп. — Почистил?

— Да какое там... — вздохнул юноша, робко подходя поближе. — Дорога к нему не стала короче, и дальше, чем раньше, я не ушел, хоть и бежал изо всех сил. А Кошачий король, увидев меня вчера, смотрел на меня так, словно я полный дурак... — он помолчал, потом добавил: — Наверно, я и правда дурак... Я оскорбил тебя вчера и отказался принять твою помощь. Хотел все сделать сам и вернуться из той страны героем. Прости мне мою дерзость и глупость. Ты пойдешь со мной в страну Кошачьего короля на следующую ночь?

— Пойду, раз зовешь, — ответил волшебник, поняв, что теперь-то юноша начинает взрослеть не только телом, но и душой. — Иногда путь становится короче не потому, что ты по нему идешь, а потому, что идешь не один. А как звать-то тебя?

— Мать зовет меня Даром.

— А меня можешь звать Любомудром.

На том и договорились.

Ближе к ночи волшебник постучал в дверь дома, где жил Дар с матерью. Бедная женщина ужасно переживала за сына, хотя и радовалась, что теперь он отправляется в путь не один, да к тому же не ребенком, а вполне взрослым юношей. Такому легче будет постоять за себя и выполнить задание Кошачьего короля.

Любомудр и Дар присели на лавку, ожидая начала путешествия. Едва пробило полночь, все вокруг них завертелось, словно вихрь, перед глазами замелькали тысячи разноцветных огней, все быстрее и быстрее — а когда огни отступили, они увидели, что стоят на балконе из белого камня. Они оказались в Стране-Где-Делают-Кошек.

Спадабаўся матэрыял? Прапануем пачытаць:

— Я всегда спешил добраться до вулкана, мне некогда было разглядывать дорогу.

— Разве это неважно — каким путем ты идешь к цели? — пробормотал Эухину.

По спине Дара пробежали мурашки, когда совсем рядом с ним ступила исполинская лапа, а с другой стороны — еще одна, и они с Эухину оказались словно под куполом мягкой шерсти, свисающей с живота.

— Ну взорвался бы этот вулкан... Ну погибла бы страна... Ну не было бы в нашем мире больше кошек... Подумаешь, потеря!.. — он снова напоминал маленького мальчика: испуганного, уставшего до полусмерти и оттого сердитого на весь белый свет.

Наконец до ушей ее, видимо, долетел звук, которого она ждала: усы ее любопытно потянулись вперед, она вскочила на лапы, осторожно переступила через Дара и Эухину и понеслась по склону в долину. Спуск ее напоминал сход снежной лавины.